Безымянный шпион Лена Дейтона

Есть литературные персонажи, которые после экранизации получают новое лицо. С героем Лена Дейтона произошло нечто более редкое: кино подарило ему не только лицо Майкла Кейна, но и имя, которого у него никогда не было.

В пяти шпионских романах Дейтона 1962–1967 годов главный герой остается безымянным. Читатель знает его происхождение, образование, внешность, привычки, политические взгляды, гастрономические пристрастия и даже проблемы с отчетами о командировочных расходах — но не знает, как его зовут.

Гарри Палмер родился только в кино.

Именно превращение анонимного рассказчика в одного из самых узнаваемых британских киногероев 1960-х годов стало частью литературной истории цикла, начавшегося с романа «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File, 1962).

Ранний цикл Дейтона стал одной из главных точек перелома в развитии английского шпионского романа. Писатель привнес в жанр то, чего почти не было у Флеминга: классовый конфликт, служебную бюрократию, раздражение по поводу начальства, неразбериху межведомственных войн и героя, для которого секретная служба была прежде всего работой.

Агент без имени

Самый знаменитый парадокс цикла обнаруживается уже в «Досье ИПКРЕСС».

Главный герой рассказывает историю от первого лица, но Дейтон сознательно не сообщает его имени. В одном эпизоде кто-то приветствует его как Harry. Рассказчик тут же замечает: его зовут не Гарри, хотя при такой профессии порой трудно вспомнить, не назывался ли он когда-нибудь именно так.

То есть даже будущее экранное имя существует в романе скорее как шутка о профессиональной утрате личности.

Прием оказался чрезвычайно удачным.

Безымянность позволяла Дейтону делать героя одновременно очень конкретным человеком и своеобразной функцией разведывательной системы. Агент постоянно работает под чужими именами, получает новые документы, скрывает прошлое и существует в мире, где личность представляет собой еще один оперативный инструмент.

Позднее Дейтон объяснял, что анонимный герой давал ему дополнительную свободу: при переходе от книги к книге можно было слегка менять его биографию и характеристики, не превращая цикл в жестко зафиксированную биографическую хронику.

Кто он такой

При всей анонимности герой Дейтона описан гораздо подробнее, чем иногда утверждают справочники.

Он родом с севера Англии. Связь с Бернли в Ланкашире устанавливается в «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File): рассказчик вспоминает, как в июле 1939 года его фотография появилась в Burnley Daily Gazette после получения математической премии.

Его происхождение принципиально отличается от мира Джеймса Бонда.

Перед нами не выпускник Итона и не представитель британской привилегированной элиты. Это сын железнодорожника, связанного с профсоюзным движением, прошедший grammar school и затем так называемый red-brick university. Он имеет серьезную подготовку в математике и экономике и постоянно демонстрирует способность разбираться в финансах, статистике и сложных технических вопросах.

Дейтон постепенно сообщает и его внешность.

Рост — пять футов одиннадцать дюймов, примерно 180 сантиметров.

Темно-каштановые волосы.

Голубые глаза.

Смуглая кожа.

Заметных шрамов нет.

Лицо округлое, подбородок выступающий и раздвоенный, глаза глубоко посажены. Он носит очки в массивной оправе, мускулист, но склонен к полноте.

В «Мозге ценой в миллиард долларов» (Billion-Dollar Brain) эти данные буквально фиксируются при изготовлении поддельного паспорта.

В отличие от почти сверхъестественно физически совершенного Бонда, герой Дейтона способен поправиться, напиться, устать, опоздать и обнаружить, что его счета не оплачены.

Это очень важная часть замысла.

Из военной разведки — в WOOC(P)

В начале «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File) герой покидает армейскую Military Intelligence, где служил под началом полковника Росса, и переходит на гражданскую работу в небольшое разведывательное подразделение WOOC(P).

Дейтон описывает его как один из самых маленьких, но наиболее значительных разведывательных отделов. Руководитель подразделения имеет прямой выход на кабинет министров, а другие службы относятся к структуре одновременно с завистью и раздражением.

Здесь начинается один из важнейших мотивов всего цикла: разведка как бюрократическая организация.

Герою приходится не только искать агентов и разоблачать предателей. Он спорит о зарплате, расходах, отчетах, командировочных, ведомственной субординации и полномочиях.

Многие истории Дейтона в глубине своей напоминают офисные драмы: реальные отношения людей в кабинетах для писателя были не менее важны, чем погони и перестрелки.

Шпионаж оказался идеальной формой офисной политики, только ошибка в служебной интриге здесь могла закончиться смертью.

Дэлби, Доулиш и Росс

Вокруг безымянного агента возникает небольшой, но хорошо запоминающийся мир.

В «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File) новым начальником становится Дэлби — представитель совершенно другого социального класса, элегантный public-school Englishman, человек со связями и привычками британского истеблишмента.

Позднее важнейшей начальственной фигурой становится Доулиш, внешне более спокойный и рассудительный, но вполне способный использовать своего неудобного подчиненного как инструмент.

А над всей системой постоянно ощущается присутствие полковника Росса, бывшего армейского начальника героя.

Их отношения построены не на простой схеме «начальник — исполнитель».

Каждый что-то скрывает.

Каждый пытается использовать другого.

Герой хамит начальству, начальство терпит хамство, потому что он полезен, а за взаимными оскорблениями постоянно идет борьба за информацию.

Именно здесь ранний Дейтон особенно далеко уходит от Флеминга.

У Бонда M — почти отцовская фигура.

У Дейтона начальник — прежде всего человек, которому нельзя полностью доверять.

Джин, Элис и Чико

Разведывательный отдел постепенно превращается почти в маленький офисный ансамбль.

Секретарь Джин Тоннесен становится не только сотрудницей, но и любовницей героя.

Элис Блум контролирует административную жизнь отдела.

Чико представляет тот тип привилегированного молодого сотрудника, который получил хорошее образование, связи и правильный старт в жизни — то есть именно того англичанина, к которому рассказчик относится с привычной классовой подозрительностью.

Все это создает ощущение настоящего рабочего места.

Дейтон показывает разведывательную службу не таинственным храмом государственной власти, а учреждением, где люди пьют кофе, обсуждают бумаги, раздражают друг друга и затем внезапно отправляются выполнять задания, связанные с похищениями, убийствами и государственной изменой.

Гурман без денег

Одно из самых привлекательных противоречий героя заключается в соединении рабочего происхождения и чрезвычайно развитого вкуса.

Он знает хорошую еду.

Разбирается в винах.

Слушает классическую музыку и джаз.

Интересуется живописью и военной историей.

Курит Gauloises.

Умеет готовить.

Но при этом живет вовсе не как Бонд.

Его квартира находится в районе Саутуорк, за Ватерлоо. Деньги приходится считать. Бытовые счета никуда не исчезают. Служебные расходы становятся постоянным источником раздражения.

Именно поэтому экранный образ Майкла Кейна оказался настолько органичным.

Кухонные сцены фильма «Досье ИПКРЕСС» (The Ipcress File, 1965) не были произвольным изобретением сценаристов. Дейтон сам был превосходным кулинаром и автором знаменитых газетных кулинарных комикс-полос; во время съемок именно его руки попали в крупный план в одной из сцен приготовления еды.

Не очень хороший человек — и очень хороший агент

Дейтон сознательно не превращает своего героя в моральный идеал.

Он самоуверен.

Язвителен.

Часто неприятен.

Склонен к манипуляции.

Пьет больше, чем следовало бы.

Отношения с женщинами далеко не всегда делают ему честь.

Он способен применять насилие и при необходимости убивать.

Но именно отсутствие героического самоощущения делает его убедительным профессионалом.

Для него секретная служба — не рыцарский орден.

Это работа.

Работа опасная, иногда интересная, чаще раздражающая и почти никогда не позволяющая понять, кто именно говорит правду.

У него мало иллюзий относительно врагов.

Еще меньше — относительно собственных начальников.

«Досье ИПКРЕСС»

Первый роман Лена Дейтона — «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File, 1962) — сразу сделал его одним из главных новых голосов британской шпионской литературы.

Из британской системы безопасности исчезают ученые. За похищениями, по всей видимости, стоит посредник и торговец разведывательной информацией по кличке Джей.

Новому сотруднику WOOC(P) приходится участвовать в операции по освобождению одного из ученых, следовать по цепочке от лондонского Сохо до Бейрута, а затем отправиться наблюдателем на ядерные испытания в Тихом океане.

Постепенно расследование превращается в историю о предательстве, психологической обработке и войне различных разведывательных ведомств.

Главное открытие романа заключалось даже не в сюжете.

Дейтон изменил тональность шпионского жанра.

Его герой был язвительным человеком из провинциальной Англии, которого раздражали элитарность начальников, ведомственные интриги и необходимость писать отчеты.

Именно здесь впервые в полной мере появляется тот саркастический, рабоче-классовый антигерой, который станет одним из наиболее влиятельных образов британской шпионской прозы 1960-х.

«Лошадь под водой»

Во втором романе — «Лошадь под водой» (Horse Under Water, 1963) — герой отправляется в Португалию.

У побережья Алгарве на дне лежит немецкая подводная лодка типа XXI, затонувшая в последние дни Второй мировой войны.

Первоначально интерес разведки вызывают спрятанные на ней фальшивые британские и американские деньги, которые могут быть использованы для финансирования политического переворота.

Но Дейтон постепенно усложняет историю.

Появляются наркотики, секретные технологии и, наконец, так называемый список Вайса — перечень британцев, готовых сотрудничать с нацистским режимом в случае немецкой победы.

То, что начинается почти как подводное приключение, превращается в исследование того, насколько долго прошлое продолжает управлять политикой настоящего.

Это книга не только о поисках на морском дне, но и о нескольких слоях предательства, накопившихся со времен войны.

«Похороны в Берлине»

Третий роман — «Похороны в Берлине» (Funeral in Berlin, 1964) — стал, вероятно, самым классическим образцом раннего Дейтона.

Берлинская стена уже разделила город.

Полковник советской разведки Сток предлагает британцам сделку: на Запад хочет перебежать советский ученый Семица.

Для переправки через границу разрабатывается схема с похоронной процессией и гробом.

Но почти никто из участников не является тем, за кого себя выдает.

В операции участвуют британская разведка, советская сторона, израильские агенты, немецкие посредники и преступники. Поддельные документы оказываются не менее важны, чем человек, ради которого якобы организована операция.

Здесь окончательно формируется характерный дейтоновский мир, в котором разведывательная операция напоминает сложную шахматную партию, а каждый участник одновременно действует сразу на нескольких уровнях.

Не случайно названия глав романа основаны на правилах шахмат.

«Похороны в Берлине» (Funeral in Berlin) остаются одной из наиболее сильных литературных картин разделенного Берлина начала холодной войны.

«Мозг ценой в миллиард долларов»

Четвертая книга — «Мозг ценой в миллиард долларов» (Billion-Dollar Brain, 1966) — увеличивает масштаб почти до бондовского.

Герой оказывается в Финляндии и сталкивается с гигантской частной антикоммунистической организацией американского миллиардера генерала Мидуинтера.

Ею управляет мощный компьютер — «мозг ценой в миллиард долларов».

Мидуинтер собирается не просто заниматься разведкой, а фактически начать собственную войну против Советского Союза.

В центр операции попадают зараженные вирусом яйца, украденные из британского исследовательского учреждения.

Маршрут проходит через Хельсинки, Ригу, Ленинград, Нью-Йорк и Техас.

Но за фантастическими масштабами Дейтон сохраняет основную тему серии: огромные организации принимают решения на основании данных, люди обманывают компьютерные системы, а идеологическая уверенность оказывается гораздо опаснее профессионального цинизма.

Это самый экстравагантный роман раннего цикла — и одновременно книга, в которой Дейтон доводит свою иронию по поводу холодной войны почти до сатиры.

«Дорогое место для смерти»

Пятый роман — «Дорогое место для смерти» (An Expensive Place to Die, 1967) — существенно отличается от предыдущих.

Исчезает привычная команда WOOC(P).

Нет Доулиша, Джин, Элис и Чико.

Повествование уже не полностью ограничено первым лицом.

Главный герой остается безымянным британским агентом в очках, но даже сам Дейтон позднее признавал: это уже «не совсем Гарри Палмер».

Тем не менее писатель рассматривал книгу как пятый и последний роман последовательности, начавшейся с «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File).

Действие переносится в Париж.

В центре оказывается клиника месье Датта на Avenue Foch — роскошное учреждение, обслуживающее богатых и влиятельных клиентов, которым предоставляют наркотики и сексуальные развлечения. Их тайно снимают, создавая идеальный архив для шантажа.

На этот мир накладывается многоуровневая разведывательная операция, связанная с китайцами, НАТО и ядерной информацией.

Здесь Дейтон окончательно отказывается от уютного ощущения «сериальности». Знакомого героя словно растворяют в самой системе разведки.

Поэтому «Дорогое место для смерти» (An Expensive Place to Die) лучше воспринимать как эпилог раннего цикла, а не как обычное пятое приключение Гарри Палмера.

А что делать со «Шпионской историей»?

После нескольких лет перерыва Дейтон вернулся к сходному типу героя в «Шпионской истории» (Spy Story, 1974).

Рассказчик действует под именем Патрик Армстронг и работает в центре военных исследований, где компьютерные модели холодной войны постепенно начинают слишком сильно напоминать реальную войну.

В книге появляются персонажи и мотивы, знакомые по ранним романам.

Американское издательство даже рекламировало роман как возвращение знаменитого безымянного шпиона.

Но Дейтон намеренно оставлял вопрос открытым.

Патрик Армстронг может быть тем же героем, что и рассказчик «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File), но прямого подтверждения этому нет.

За «Шпионской историей» (Spy Story) последовали «Вчерашний шпион» (Yesterday’s Spy, 1975) и «Мерцай, мерцай, маленький шпион» (Twinkle, Twinkle, Little Spy, 1976), изданный в США под названием Catch a Falling Spy.

В последней книге вновь появляется безымянный рассказчик, чрезвычайно напоминающий героя ранней серии.

Сам Дейтон позднее объяснял загадку наиболее убедительно. По юридическим причинам, связанным с правами на персонажей, ему приходилось использовать другие имена и менять биографические подробности. Одновременно он воспользовался этим как литературной возможностью.

Все эти персонажи являются вариациями одного базового характера, но не обязательно одним и тем же человеком в строгом смысле.

Поэтому библиографически разумно разделять основной цикл 1962–1967 годов и родственные романы 1970-х.

Как безымянный агент стал Гарри Палмером

Когда Гарри Солтцман приобрел права на экранизацию «Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File), возникла очевидная проблема.

Главный герой фильма не мог оставаться человеком без имени.

Нужно было придумать нечто максимально небондовское.

По воспоминаниям Майкла Кейна, задача состояла именно в поиске нарочито скучного, обыкновенного имени.

Так появился Гарри Палмер.

Имя оказалось настолько удачным, что почти вытеснило литературного персонажа.

Сегодня даже издатели периодически называют книги «романами о Гарри Палмере», прекрасно понимая, что внутри самих произведений никакого Гарри Палмера нет.

Майкл Кейн и рождение анти-Бонда

Первый фильм «Досье ИПКРЕСС» (The Ipcress File, 1965) снял режиссер Сидни Дж. Фьюри, а продюсером выступил Гарри Солтцман, одновременно работавший над картинами о Джеймсе Бонде.

Но задача заключалась не в создании дешевой копии 007.

Наоборот.

Солтцман стремился создать анти-Бонда.

Для этого была привлечена часть бондовской команды: композитор Джон Барри, художник Кен Адам, монтажер Питер Хант.

Результат оказался почти противоположным Бонду.

007 путешествовал по экзотическим курортам.

Палмер ходил по серому Лондону.

Бонд пил шампанское.

Палмер покупал продукты.

Бонд жил практически вне экономической реальности.

Палмер готовил ужин дома и думал о деньгах.

Бонд представлял старую британскую элиту.

Герой Кейна говорил с лондонским рабочим акцентом, носил массивные очки и демонстративно не уважал истеблишмент.

Фильм оказался огромным успехом и превратил Майкла Кейна в звезду.

Три классических фильма

Кейн сыграл Палмера в трех фильмах 1960-х годов:

«Досье ИПКРЕСС» (The Ipcress File, 1965),

«Похороны в Берлине» (Funeral in Berlin, 1966),

«Мозг ценой в миллиард долларов» (Billion Dollar Brain, 1967).

«Лошадь под водой» (Horse Under Water) до экрана так и не дошла.

«Дорогое место для смерти» (An Expensive Place to Die) также не было экранизировано как фильм о Палмере.

Таким образом, классическая экранная серия — это трилогия, а не экранизация всех пяти романов.

Возвращение в 1990-е

Почти через три десятилетия Майкл Кейн снова надел очки Гарри Палмера.

В 1995 году вышел телевизионный фильм «Пуля в Пекин» (Bullet to Beijing), а в 1996-м — «Полночь в Санкт-Петербурге» (Midnight in Saint Petersburg).

Обе картины снимались практически одновременно и образуют самостоятельную пару.

К романам Дейтона они отношения практически не имеют: это оригинальные экранные истории, использующие уже сформированный кинообраз.

В первой состарившийся разведчик оказывается втянут в историю вокруг биологического оружия.

Во второй бывший агент работает частным детективом и расследует исчезновение украденного плутония.

Это уже не литературный герой Дейтона, а персонаж Майкла Кейна, продолжающий собственную экранную биографию.

«Досье ИПКРЕСС» возвращается

Следующее полноценное переосмысление состоялось в 2022 году.

ITV выпустил шестисерийную адаптацию «Досье ИПКРЕСС» (The Ipcress File) с Джо Коулом в роли Гарри Палмера, Люси Бойнтон в роли Джин Кортни и Томом Холландером в роли Дэлби.

Сериал не просто экранизирует книгу — он конструирует для Палмера более подробную биографию.

Действие начинается в 1963 году. Палмер — сержант британской армии, промышляющий контрабандой в Берлине. После ареста ему предлагают альтернативу военной тюрьме: работу на разведку.

Именно сериал окончательно расшифровал WOOC(P) как War Office Operational Communications (Provisional), хотя у самого Дейтона такого четкого определения не было.

Создатели новой экранизации удачно сформулировали место героя между двумя главными британскими моделями шпионского романа: мир Дейтона более эффектен, чем мир Смайли, но значительно реалистичнее мира Бонда.

Палмер против Бонда

Соблазн представить Палмера просто противоположностью Джеймсу Бонду велик.

Но это немного упрощает Дейтона.

Да, различия очевидны.

Бонд происходит из мира public school.

Палмер — продукт grammar school и red-brick university.

Бонд подчиняется M.

Безымянный герой непрерывно конфликтует с Россом, Дэлби и Доулишем.

Бонд ездит на Aston Martin.

Герой Дейтона прежде всего озабочен тем, возместит ли бухгалтерия его расходы.

Бонд должен выглядеть великолепно.

Палмер носит очки и склонен к лишнему весу.

Однако для Дейтона классовое происхождение героя было скорее средством создания характера, чем политической декларацией.

Гораздо важнее другое различие.

Бонд обычно знает, кто враг.

Палмер постоянно пытается выяснить, кто вообще находится на его стороне.

Между Бондом и Смайли

В истории британского шпионского романа герой Дейтона занял почти идеальное промежуточное положение.

С одной стороны — Джеймс Бонд.

Красивый мир автомобилей, казино, оружия, женщин и глобальных заговоров.

С другой — Джордж Смайли.

Мир предательства, архивов, аналитики и морального разложения разведывательной профессии.

Герой Дейтона находится посередине.

Он умеет стрелять и драться.

Путешествует по миру.

Участвует в настоящих операциях.

Любит женщин, алкоголь и хорошую еду.

Но одновременно живет среди серых кабинетов, ведомственной политики, отчетов, недоверия и плохо оплачиваемых счетов.

Это приключенческий герой, который знает, что настоящая разведка не похожа на приключение.

Почему цикл остается важным

«Досье ИПКРЕСС» (The IPCRESS File) появилось в 1962 году — том же году, когда на экраны вышел первый фильм о Джеймсе Бонде, «Доктор Ноу» (Dr. No).

Две модели британского секретного агента начали существовать почти одновременно.

Одна превратилась в миф.

Другая — в его ироническое отражение.

Именно поэтому книги Дейтона оказались столь влиятельны.

Он доказал, что шпионский роман может оставаться увлекательным, не превращая агента в супермена.

Что бюрократический конфликт может быть не менее напряженным, чем перестрелка.

Что разведчик может быть умнее начальника, но не способен победить учреждение, в котором работает.

Что герой может знать Баха, готовить сложный ужин и одновременно не иметь денег для оплаты коммунальных счетов.

И наконец, что иногда лучший способ создать незабываемого персонажа — вообще не дать ему имени.

Кино исправило эту «ошибку».

Оно назвало его Гарри Палмером.

Но литературный герой Лена Дейтона интереснее именно потому, что Гарри Палмером он так и не стал.