Уже в своих ранних романах Десмонд Бэгли выходит за рамки интересных фактов и простого напряжения, затрагивая темы политических интриг. В «Мошенниках» герои — не любители‑сыщики, а любители‑агенты. Команда состоит из протагониста‑врача, идеалиста, мошенника, двух наёмников, специалиста по торпедам и бойкого журналиста. Их миссия — нанести удар по наркоторговле на Ближнем Востоке, включая странную и секретную подземную бомбардировку в Иране.
В более поздних романах Бэгли продолжал создавать напряжённые истории, фокусируясь на внутреннем мире одного человека. Он использовал сложные сюжеты, наполненные различными приёмами и мотивами: кураторами и оперативниками, специальными методами слежки и ужасающими, специально разработанными боеприпасами — всем, что доступно настоящему шпиону.
Бэгли, по всей видимости, не считал себя писателем в рамках какого‑то определённого жанра. Он признавался, что его озадачивает репутация автора криминальных и остросюжетных произведений: «Мои книги не посвящены конкретно преступлениям, хотя некоторые люди так думают». Он допускал, что его работы можно отнести к категории остросюжетной литературы. «Однако, — добавлял он, — любой роман должен содержать напряжение, иначе он ничего не стоит».
Вопросы идентичности: «Оползень» и «Ловушка свободы»
Бэгли также стоит помнить за его интерес к вопросу идентичности. Это заметно уже в романе «Оползень» (Landslide, 1967). Книга представляет собой захватывающее приключение: геолог выслеживает убийц и предупреждает людей об опасности — геологическом разломе, угрожающем жизням. Но параллельно с физическими угрозами в сюжете раскрываются психологические опасности для протагониста, Роберта Бойда.
Этот человек сильно обгорел в результате несчастного случая, и его невозможно точно идентифицировать. До того как он потерял память и перенёс пластическую операцию, изменившую его лицо до неузнаваемости, он мог быть одним из двух разных людей — антисоциальным и нет. Бойд боится, что в нём может проснуться злая сторона, если к нему вернётся память. При этом он завоёвывает любовь и уважение, так и не раскрыв тайну своей идентичности.
В других произведениях тема идентичности также играет важную роль:
- В «Письме Виверо» (The Vivero Letter, 1968) протагонист реагирует на слова легкомысленной девушки, назвавшей его «серым человечком», — и отправляется в экспедицию в джунгли Юкатана.
- В «Людях на канате» (The Tightrope Men, 1973) невиновный гражданский, находясь без сознания, подвергается пластической операции и просыпается с лицом финского учёного, которого разыскивают русские.
- В «Ловушке свободы» (The Freedom Trap, 1971; переработан как The Mackintosh Man, 1973) внешность обманывает читателя. Протагонист кажется заключённым преступником и говорит соответствующим образом, но оказывается правительственным агентом, о котором никто из оставшихся в живых в правительстве не знает как об агенте.
«Враг» (The Enemy, 1977)
В романе «Враг» Бэгли объединяет приземлённого мужского протагониста, высокое напряжение, специализированные знания, политические вопросы и шпионаж. Этот роман — хороший пример зрелого стиля писателя и его мастерства в управлении всеми компонентами своего искусства.
В отличие от ранних женских персонажей, Пенелопа Эштон в «Враге» изображена достаточно тонко, чтобы избежать фальши, активно участвует в действии и вызывает симпатию читателя. Она технически грамотна и находчива, как и главный герой, Малкольм Джаггард. Зрелость и авторитет Джаггарда проявляются в его речи — поскольку книга написана от первого лица, его голос доминирует в стиле Бэгли.
Джаггард с самого начала характеризует себя как человека, который старается не делать ложных заявлений. К концу книги становится ясно, насколько это сложно, но важно. Когда он рассказывает о своём сближении с Пенелопой Эштон, в его речи проявляются скромность, самоирония и намеренная сдержанность:
«И, как говорится, одно привело к другому, и вскоре я регулярно сопровождал её… Мы могли бы сойти за пару американцев, играющих в туристов».
Фразы «сопровождал её» и «играющих в туристов» — обычные клише, показывающие намеренное избегание элитарности со стороны персонажа.
Бэгли ведёт читателя через переживания второстепенных персонажей с точки зрения рассказчика. Джаггард осторожно описывает то, что может происходить в чьих‑то мыслях, иногда ограничиваясь уверенностью только в собственных размышлениях:
«После шести недель такого общения, думаю, мы оба считали, что всё становится довольно серьёзно. Я, по крайней мере, относился к этому достаточно серьёзно, чтобы поехать в Кембридж и увидеться с отцом».
Стиль Бэгли также включает юмор. Ситуация в шведском городке в «Враге» описывается как «положительно нелепая»: двое людей Катлера бездельничают в антикварных магазинах, ожидая появления Эштона (отца Пенни) и Бенсона, не подозревая, что за ними наблюдают русские, которые, в свою очередь, не знают, что находятся под наблюдением департамента. Это могло бы стать комедией в духе Питера Селлерса. Позже Джаггард замечает: «Я шёл позади, обогнав Эштона, который уже тащил за собой хвост, как комета».
Однако юмор служит лишь фоном для серьёзных тем романа. Авторитет Джаггарда проявляется, когда он говорит:
«Вы не заставите меня вернуться в департамент. Я устал от лжи и уклончивости; я устал от корысти, маскирующейся под патриотизм. Это пришло ко мне, когда Грегар [нечестный, жаждущий власти член Палаты лордов] назвал меня честным человеком… Как честный человек может делать то, что я сделал с Эштоном?» (Джаггард не рассказал Эштону правду из‑за приказа агентства. Незнание правды привело к смерти Эштона).
Бэгли — писатель, следующий правилам приличия, поэтому его часто рекомендуют молодым читателям. Джаггард делает то, что многие молодые люди хотели бы сделать, — неоднократно говорит своим работодателям «отстаньте».
В «Враге» Бэгли продолжает дарить и молодым, и взрослым читателям катарсис напряжения. В романе есть поиски человека, напавшего на сестру Пенни с аккумуляторной кислотой, захватывающие поиски отца Пенни и его камердинера (которые включают погружение в прошлое — выясняется, что отец Пенни, Эштон, был блестящим физиком и перебежчиком из России). Также ведутся поиски хитроумно спрятанных исследований Эштона и отчаянные поиски самой Пенни, когда она исчезает из виду.
Однако здесь предлагается новый вид катарсиса — очищение, основанное на признании того, что добрый человек не всегда спасается живым, что добрые силы в правительстве не обязательно побеждают, и даже герой не всегда живёт долго и счастливо. Как говорит Джаггард в начале последней главы: «Это не сказка». В этой главе читатель узнаёт, что он неизлечимо болен.
Как и в предыдущих романах, «Враг» демонстрирует результаты исследований в специализированных областях — на этот раз в компьютерных программах, модельных железных дорогах и генной инженерии. Микропроцессоры для расписания поездов оказываются замаскированным компьютером для хранения теоретических генетических исследований Эштона. В книге много информации о Escherichia coli — виде кишечных бактерий, — о мутациях, вызванных соединением цепочек ДНК, и об опасностях для человечества, если такие технологии не контролировать.
Шпионаж и интриги в «Враге» не случайны. Соперничающие жаждущие власти департаменты внутри британского правительства олицетворяют человеческие пороки — гордыню, алчность и вытекающее из них коварство. Тот начальник, которому Джаггард верил, в конце концов начинает увиливать и готов идти на сделки, а сам Джаггард предал Эштона.
Эволюция взглядов Бэгли
Когда Бэгли писал «Высокую цитадель», он, похоже, считал, что политические решения могут приниматься чётко и однозначно. Северные корейцы были злом, их пытки нанесли вред О’Харе, а враг в южноамериканском сеттинге романа тоже однозначно злой. Главный герой, О’Хара, должен научиться преодолевать свои психологические проблемы — это составляет смутный подсюжет. При этом нет никакой неопределённости в том, кто является злодеем. Только женские персонажи в романе и профессор колледжа сомневаются в необходимости использовать весь арсенал оружия, вплоть до бомбардировок, чтобы уничтожить коммунистов.
К 1977 году взгляды Бэгли стали менее однозначными. В книгах того периода шпион, который кажется союзником главного героя, скорее всего окажется двойным агентом, а люди, которые, как предполагается, находятся на одной стороне дома, могут вовсе не помогать.
«Враг» начинается с двух цитат:
- «Мы встретили врага, и он наш» («We have met the enemy, and he is ours») — слова Оливера Хазарда Перри, героического американского коммодора.
- «Мы встретили врага, и это мы сами» («We have met the enemy, and he is us») — фраза Уолта Келли, подрывного социолога‑карикатуриста.
Эти цитаты задают тон всему роману, подчёркивая переход от чёткого разделения на «своих» и «чужих» к более сложному пониманию природы зла и человеческой природы в целом.
