Мартин Вудхаус: учёный, который превратил технологию в шпионскую операцию

Полное имя: Мартин Чарлтон Вудхаус (Martin Charlton Woodhouse)
Годы жизни: 29 августа 1932 — 15 мая 2011
Страна: Великобритания
Профессия: писатель, сценарист, исследователь, программист и изобретатель
Образование: естественные науки, Кембридж; медицина, St Mary’s Hospital; экспериментальная психология
Основные жанры: шпионский роман, научно-технический триллер, приключенческая и историческая проза
Главный герой: Джайлс Йомен (Giles Yeoman)
Главный цикл: пять романов 1966–1976 годов
Псевдоним: John Charlton — роман The Remington Set

Когда Мартин Вудхаус начал писать о британской разведке, ему не пришлось придумывать, как чувствует себя учёный рядом с военной технологией. Он сам изучал естественные науки и медицину, занимался экспериментальной психологией, строил раннюю логическую вычислительную машину, а во время службы в Королевских ВВС работал в среде, связанной с системами наведения, автоматическим управлением и авиационной медициной. В его первом шпионском романе объектом тайной войны стал беспилотный разведывательный аппарат, не обнаруживаемый радаром. Это произошло в 1966 году — задолго до того, как слово «дрон» стало частью повседневного языка.

Однако Вудхаус интересен не только техническими предсказаниями. Он одним из сравнительно ранних авторов сделал главным героем шпионского романа не профессионального оперативника, а учёного-инженера. Джайлс Йомен попадает в секретные операции именно потому, что понимает устройство машины, электронного контура, системы обнаружения или нового материала лучше людей, которые пытаются этими технологиями управлять.

Так возник своеобразный вариант британского шпионского романа шестидесятых: ироничный, недоверчивый к государственным учреждениям и построенный вокруг идеи, что в современной тайной войне знания могут оказаться важнее пистолета.

Позднее Encyclopedia of Science Fiction прямо отнесёт цикл о Йомене к ранним технотриллерам: в каждой книге новая технология вмешивается в ход холодной войны и заставляет специалиста разбираться не только в науке, но и в намерениях людей, пытающихся её использовать.

До литературы: медицина, психология и машина по имени Lettuce

Мартин Чарлтон Вудхаус родился 29 августа 1932 года в Ромфорде, Эссекс. Его отец был врачом. Вудхаус учился в Salisbury Cathedral School и Oundle School, затем поступил в Downing College Кембриджского университета, где изучал естественные науки. После Кембриджа продолжил медицинское образование в St Mary’s Hospital в Паддингтоне. Он получил медицинскую квалификацию, но не регистрировался как практикующий врач и клинической медициной не занимался.

Гораздо сильнее его привлекала проблема человеческого мышления.

Вудхаус изучал экспериментальную психологию под руководством известного исследователя восприятия Ричарда Грегори и продолжил работу в Applied Psychology Unit британского Medical Research Council. Именно там он спроектировал и построил Logical Truth Computer — LTC, который получил прозвище Lettuce. Его назначением было исследование различий между машинной обработкой логики и человеческим мышлением. Факт создания этой машины подтверждают и некролог The Guardian, и собственный мемориальный бюллетень Downing College.

Это биографическое обстоятельство особенно важно для будущего писателя.

Вудхаус ещё до литературной карьеры оказался внутри проблем, которые спустя десятилетия станут обычным материалом технотриллера: где заканчивается человеческое решение и начинается автоматическое, насколько можно доверять машине, что происходит, если новая технология попадает в государственную систему и кто в конечном счёте контролирует созданный инструмент.

Уже здесь фактически формируется будущая модель его прозы:

технология сама по себе нейтральна; опасность начинается в тот момент, когда за право управлять ею начинают бороться люди и организации.

RAF: реальный технический опыт, но не разведывательная служба

Исходный материал требует здесь важного уточнения.

В конце 1950-х Вудхаус был призван на National Service в Королевские ВВС. The Guardian датирует призыв 1958 годом. Он служил pilot officer на базе Jurby на острове Мэн, а затем оказался в Institute of Aviation Medicine в Фарнборо. Там его работа была связана с системами наведения зенитных ракет, сервоприводами высокоскоростных самолётов и воздействием кислородного голодания на человека на большой высоте.

В исходном биографическом материале эти занятия описаны ещё конкретнее: компьютеризированный полёт на малой высоте, системы отображения информации перед пилотом и наведение комплекса Bloodhound. Открытые источники подтверждают общий военно-технический характер работы Вудхауса, но не позволяют одинаково надёжно проверить каждую из этих частностей. Поэтому осторожнее опираться на подтверждённый уровень: авиационная медицина, автоматическое управление и системы наведения вооружения.

Это не было разведывательной службой.

Документальных данных о работе Вудхауса в MI5, MI6 или военной разведке обнаружить не удалось. Его реальное знакомство с тайной войной было прежде всего косвенным: учёный находился внутри оборонной исследовательской среды, где техника создавалась для конкретных военных задач.

И именно этот опыт позже окажется важнее предполагаемого знания каких-либо секретных операций.

Вудхаус знал, как выглядит технология до того, как она превращается в разведывательный инструмент.

Из лаборатории — в «Суперкар»

Поворот к литературе произошёл почти случайно.

За несколько недель до демобилизации Вудхаусу позвонил младший брат Хью. Тому предложили работать над новым кукольным телесериалом Джерри Андерсона и Артура Провиса — Supercar. Нужно было очень быстро писать сценарии, и Хью попросил Мартина помочь.

Братья написали 22 из 26 эпизодов первого сезона. Сериал оказался большим международным успехом: по данным некролога The Guardian, он был продан примерно в сто американских телевизионных рынков и сорок стран. Поэтому встречающееся в исходном тексте утверждение о «40 телевизионных рынках по всему миру» следует уточнить: речь шла как минимум о сорока странах, причём распространение в США учитывалось отдельно.

Вудхаусы также придумали доктора Бикера — эксцентричного учёного, добавившего истории юмор и самоиронию. Уже здесь проявляется будущая формула Мартина: сложная техника, приключение и человек науки, который способен относиться к происходящему менее серьёзно, чем начальство.

А затем появились «Мстители» (The Avengers).

«Мстители»: наука, шпионы и абсурд

В 1962 году Вудхаус вошёл в команду сценаристов The Avengers. Всего ему приписывают семь эпизодов сериала. Многие из них строились на научной или технологической предпосылке, которая постепенно превращалась в смесь угрозы, шпионажа, абсурда и сухого юмора. Он работал преимущественно в период Кэти Гейл и позднее написал один эпизод с Эммой Пил.

Особенно важен сам принцип.

Для Вудхауса научная идея никогда не была просто реквизитом.

Она меняла правила сюжета.

Если создан новый прибор, лекарство, компьютер или система управления, герои должны сначала понять, что именно эта вещь позволяет сделать, а затем — кто хочет использовать открывшуюся возможность.

Эта схема напрямую перейдёт в романы о Джайлсе Йомене.

Вудхаус писал также для The Protectors, The Man in Room 17, медицинского криминального сериала The Hidden Truth и создал детский научно-фантастический сериал Emerald Soup. К тому времени, когда он решил обратиться к роману, у него уже была профессиональная школа сюжетной скорости: телевизионная история должна быстро предъявить необычную проблему, дать ей несколько оборотов и привести к неожиданному решению.

«Квакша»: беспилотник, которого не должен видеть радар

В 1966 году вышел первый роман Вудхауса — «Квакша» (Tree Frog). Здесь и далее русские названия даны как рабочие: подтверждённых русских книжных переводов цикла обнаружить не удалось.

Главный герой — доктор Джайлс Йомен, исследователь, временно переданный научному подразделению вымышленного Department of Special Intelligence. В центре операции находится проект Tree Frog — лёгкий беспилотный самолёт-разведчик, который практически не обнаруживается радаром. Британской разведке необходимо убедить противника в существовании и возможностях аппарата, но постепенно выясняется, что сама операция построена на нескольких слоях обмана.

Именно здесь Вудхаус формулирует собственную разновидность шпионского сюжета.

Секрет нужно не украсть.

Нужно заставить противника правильно или неправильно понять технологию.

Отсюда возникают двойной и тройной блеф, намеренная демонстрация характеристик, сомнения специалистов и необходимость отличить настоящую научную невозможность от хорошо подготовленной дезинформации.

Современники сразу заметили необычность книги. Kirkus Reviews подчёркивал сочетание юмора, правдоподобия и разведывательной интриги, а новозеландский Listener в 1966 году особо выделял сочетание напряжения, технических знаний и современного юмора.

Для дебютного романа успех оказался достаточным, чтобы в 1967 году Вудхаус перебрался в Лос-Анджелес в надежде запустить экранизацию. Проект до фильма не дошёл.

Джайлс Йомен: учёный вместо профессионального шпиона

Джайлс Йомен — самое важное, что Вудхаус добавил к шпионской литературе.

Он не Бонд.

Не карьерный оперативник.

Не бюрократ спецслужбы.

Йомен — специалист, которого разведка время от времени втягивает в работу потому, что без его знаний операция просто не может быть проведена.

Служба знает, чего хочет добиться.

Йомен понимает, можно ли это вообще сделать.

Между этими двумя позициями и возникает большинство конфликтов.

В интервью Вудхаус признавал, что герой в определённой степени является его автопортретом. Сам он формулировал сходство через образ умного учёного, способного рассуждать о ядерной инженерии и при необходимости оказаться внутри перестрелки. Ещё существеннее его признание, что собственная RAF-служба быстро сформировала у него весьма циничное отношение к политикам и британской разведке. Эти же качества были переданы Йомену.

Поэтому антиавторитарность героя — не просто модный жест шестидесятых.

Йомен не считает начальство автоматически компетентным.

Секретность сама по себе не вызывает у него уважения.

Приказ не становится разумным только потому, что имеет гриф.

А научная истина не перестаёт быть истиной после того, как чиновник объявляет её государственной тайной.

Именно здесь Вудхаус оказывается близок духу Лена Дейтона, хотя прямое литературное влияние доказывать не следует. И Гарри Палмер, и Йомен принадлежат эпохе, когда британский шпионский роман начал всё чаще смотреть на секретную службу снизу — глазами профессионала, которому бюрократия скорее мешает, чем придаёт героический ореол.

Мир разведки Вудхауса

Главную модель разведки у Вудхауса можно сформулировать так:

разведка — это борьба за технологическое преимущество, в которой чиновники пытаются контролировать знания, не всегда понимая их содержание. Поэтому настоящую власть получает не тот, у кого выше должность, а тот, кто понимает, как работает машина.

При этом Вудхаус не идеализирует ни одну сторону холодной войны.

Йомен относится к Востоку и Западу с одинаковым скепсисом. В интервью автор соглашался с характеристикой героя как человека, воспринимающего обе стороны холодной войны морально небезупречными. Он выполняет задания британской разведки, но это не означает автоматической веры в её правоту.

Отсюда и характерный юмор.

Бюрократические организации убеждены в собственной значительности.

Йомен постоянно напоминает читателю, что за секретными аббревиатурами находятся обычные люди, которые ошибаются, лгут, преувеличивают собственное значение и иногда просто не понимают технику, из-за которой началась операция.

Шпионский роман превращается в ироническое столкновение научной компетентности и институциональной самоуверенности.

Пять технологических операций

Цикл о Йомене состоит из пяти романов.

«Квакша» (Tree Frog, 1966)

Беспилотная разведывательная авиация, малозаметность для радара и многоуровневая операция по дезинформации. Это наиболее программная книга Вудхауса: именно здесь наука впервые становится полноценным участником тайной войны.

«Рок-бэби» (Rock Baby, 1968; в США — Bush Baby)

С названиями существует библиографическая путаница, поэтому её стоит устранить. Первое британское издание Heinemann вышло как Rock Baby, американское Coward-McCann — как Bush Baby.

В центре снова находится система наблюдения за противником: технические устройства должны фиксировать признаки ядерных испытаний за железным занавесом, но поступающие данные вызывают подозрение. Кайл… точнее, Йомену приходится выяснять, не используется ли сама система сбора разведданных для передачи дезинформации. Современная рецензия Kirkus вновь отметила точность и контролируемость шпионской конструкции Вудхауса.

Здесь особенно хорошо проявляется его идея: техническая разведка бесполезна, если противник способен заставить прибор сообщать именно то, что вы хотите услышать.

«Мама-кукла» (Mama Doll, 1972)

Вудхаус переносит техническую тему из машины непосредственно в человеческий мозг. Сюжет связан с нейрохирургией, электронными имплантатами и возможностью воздействовать на человеческое поведение. Сам Йомен после травмы головы и потери памяти оказывается особенно уязвим для подобной операции.

Позднее Вудхаус подчёркивал, что не пытался писать анти-нaучную притчу: электронные имплантаты были для него механизмом интриги, а не доказательством опасности научного прогресса. Главная тема, по его словам, заключалась скорее в дружбе и взаимной лояльности персонажей.

И всё же именно здесь особенно ясно видно, насколько естественно медицина Вудхауса соединяется с его шпионской прозой.

«Синяя кость» (Blue Bone, 1973)

Теперь объектом международной охоты становится новый сверхпрочный полимер и учёный, располагающий технологией его производства. Йомен и его американский партнёр Янси Брайтуэлл оказываются втянуты в историю, где инженерное открытие обладает потенциальной стоимостью в миллиарды и потому автоматически приобретает разведывательное значение.

Вудхаус вновь строит интригу не вокруг формулы как абстрактного «секрета», а вокруг практического знания: чтобы спасти человека и технологию, герой должен понимать физику и электронику лучше тех, кто его удерживает.

«Лунный холм» (Moon Hill, 1976)

Последний роман показывает, насколько далеко цикл ушёл от первоначального образа вынужденного агента.

Йомен уже богат, окружён постоянными партнёрами и сам гораздо охотнее принимает опасность. Операция связана с вулканом, взрывными работами, политическим кризисом и гражданской войной в вымышленной латиноамериканской стране. Kirkus Reviews отмечал обилие технических деталей по взрывчатым веществам и характерную для Вудхауса лёгкость повествования.

Сам писатель соглашался, что герой изменился. В первой книге Йомен — неохотный участник разведывательной операции. К пятой он практически ищет опасные ситуации сам и называет себя своеобразным «громоотводом для насилия». Вудхаус объяснял это довольно человечески: герой и его друзья постепенно подсели на опасность и возбуждение.

Так цикл приобретает неожиданную психологическую дугу.

Разведка сначала навязана Йомену.

Потом становится привычкой.

А затем — почти потребностью.

Реальная наука и вымышленная разведка

Именно здесь особенно важно не преувеличивать биографию автора.

Вудхаус действительно имел серьёзный научно-технический опыт.

Он изучал медицину и психологию.

Работал над ранним логическим компьютером.

Служил в RAF.

Занимался системами управления и авиационной медициной.

Позднее профессионально программировал.

Но нет доказательств, что он проводил разведывательные операции или служил штатным сотрудником британских спецслужб. Поэтому Department of Special Intelligence и его подразделения нельзя читать как замаскированное описание MI6.

Профессиональная достоверность возникает иначе.

Вудхаус достоверно знает предмет, за который борются разведки.

Он понимает, что значит создать систему управления.

Как специалист проверяет эксперимент.

Почему неверный сигнал опаснее полного отсутствия сигнала.

Как техническая проблема ограничивает возможные решения.

И почему чиновник, не понимающий технологии, легко становится объектом манипуляции.

В результате техническая часть операции часто выглядит убедительнее институциональной.

Для Вудхауса это не недостаток, а сама природа его прозы.

Не Бонд, а человек науки

В середине шестидесятых британская шпионская литература уже предлагала несколько моделей героя.

Бонд представлял профессионального оперативника как элитарного человека действия.

Ле Карре превращал разведку в мир бюрократии, предательства и морального компромисса.

Дейтон всё чаще смотрел на службу глазами технически грамотного, ироничного профессионала, недоверчивого к начальству.

Вудхаус занимает ещё более специфическую территорию.

Его герой приходит из науки в разведку, а не наоборот.

Йомен умеет действовать физически, но его главное преимущество заключается не в стрельбе. Он выигрывает потому, что первым понимает принцип работы устройства.

В этом смысле Вудхаус предвосхищает важную линию позднейшего технотриллера, где главным персонажем может стать инженер, программист, врач или исследователь, а технология перестаёт быть реквизитом и превращается в главный механизм сюжета.

Encyclopedia of Science Fiction именно поэтому определяет романы о Йомене как технотриллеры, исследующие близкое будущее через изобретения, способные изменить ход холодной войны.

Важно лишь не превращать это наблюдение в утверждение, что Вудхаус единолично «изобрёл технотриллер». Жанр формировался одновременно у нескольких авторов. Точнее сказать, что он был одним из ранних писателей, соединивших шпионский роман с подробным научно-техническим механизмом действия.

От Джайлса Йомена к Леонардо да Винчи

Самое неожиданное доказательство устойчивости метода Вудхауса находится уже за пределами шпионского жанра.

Живя на Монтсеррате, он познакомился с Робертом Россом, интересовавшимся Леонардо да Винчи. Вместе они написали историческую трилогию: «Пушки Медичи» (The Medici Guns, 1974), «Изумруд Медичи» (The Medici Emerald, 1976) и «Ястребы Медичи» (The Medici Hawks, 1978).

На первый взгляд это полный уход от холодной войны.

На самом деле меняется только эпоха.

Главным героем снова становится человек, чья способность изобретать машины даёт ему политическую и военную силу.

Йомен решает операции средствами науки XX века.

Леонардо делает то же самое средствами XV века.

Поэтому даже исторические книги Вудхауса можно рассматривать как разновидность технотриллера: технология снова становится фактором, способным изменить баланс сил.

Последняя война и уход из литературы

В 1980 году вышел последний роман Вудхауса — «Торговцы» (Traders), посвящённый Афганистану и торговле оружием. После него активная карьера романиста фактически закончилась.

Но сам Вудхаус от технологии не ушёл.

В 1980–1990-е годы он работал программистом и системным разработчиком, создавал программное обеспечение для электронной коммерции и моделирования операций на финансовых рынках. В конце 1980-х он начал экспериментировать с электронными книгами и разработал программу Illumination, позволявшую объединять текст, изображения и собственную систему чтения на дискете. Позднее появилась Illumination Publishing. Encyclopedia of Science Fiction относит эти проекты к ранним опытам электронного книгоиздания.

Сам Вудхаус утверждал, что его программа была первым специализированным программным средством для чтения электронных книг. Такое первенство трудно устанавливать однозначно, поэтому осторожнее говорить о нём как об одном из ранних британских пионеров электронной книги. Его издательство в 1990-е выпустило около двух десятков мультимедийных электронных изданий.

Получается почти замкнутая биография.

Человек, который начинал с исследования различий между человеческим и машинным мышлением, закончил литературную карьеру и снова вернулся к вопросу о том, как компьютер меняет человеческую работу с информацией.

Телевидение как часть литературного метода

В случае Вудхауса нельзя отделить романы от телевидения.

Supercar научил его превращать новую машину в источник приключения.

The Avengers — соединять научную идею с абсурдом, шпионажем и юмором.

Романы о Джайлсе Йомене объединили эти два опыта.

Отсюда их особый тон.

Вудхаус не стремится к мрачной достоверности Ле Карре. Но и фантазия Флеминга его не вполне устраивает. Устройство должно хотя бы выглядеть технически возможным. Специалист должен рассуждать как специалист. Даже самая невероятная операция начинается с конкретной инженерной проблемы.

К этому добавляется характерный сухой юмор, который позволяет герою постоянно снижать пафос спецслужб.

Поэтому цикл гораздо ближе по духу к телевизионным The Avengers, чем к суровой документальной разведывательной прозе.

В современном интервью Вудхаус и сам не отрицал этой связи: научная угроза, ирония и неприязнь к «полученному сверху авторитету» были частью его мировоззрения задолго до появления Йомена.

Место в истории шпионского романа

Вудхаус появился в очень интересный момент.

Шпионский роман уже пережил приключенческую традицию Бакена и Флеминга.

Ле Карре начал разрушать героический миф профессии.

Дейтон показал более технического и социально приземлённого оперативника.

Но одновременно сама холодная война становилась всё более технологической.

Спутники.

Ракеты.

Радар.

Электроника.

Ядерные испытания.

Автоматическое управление.

Компьютеры.

Нейрофизиология.

Новые материалы.

Вудхаус понял, что все эти области могут стать не фоном шпионского романа, а его сюжетным двигателем.

В «Квакше» борьба идёт вокруг беспилотной авиации и радаров.

В Rock Baby — вокруг технического наблюдения за ядерными испытаниями и ложных сигналов.

В Mama Doll — вокруг воздействия электроники на мозг.

В Blue Bone — вокруг нового материала.

В Moon Hill — вокруг инженерного управления природной катастрофой и его политических последствий.

Так разведывательный роман постепенно приближается к будущему технотриллеру.

Именно здесь находится наиболее конкретное значение Вудхауса для жанра.

Он не создал нового типа спецслужбы.

Он изменил предмет шпионажа.

Иногда важнейшим секретом оказывается не план наступления и не список агентов.

Им становится принцип работы новой технологии.

Почему его стоит читать сегодня

Некоторые технические детали Вудхауса неизбежно принадлежат шестидесятым и семидесятым годам. Компьютеры изменились, беспилотные аппараты перестали быть почти фантастической технологией, а электронные системы управления стали частью повседневного мира.

Но именно поэтому «Квакша» сегодня читается особенно интересно.

В 1966 году беспилотный разведывательный аппарат, трудный для обнаружения радаром, выглядел достаточно необычно, чтобы построить вокруг него шпионский роман.

Сегодня подобная технология является одной из основных реальностей современной войны.

Сходным образом Вудхаус пишет о манипуляции данными наблюдения, электронном воздействии на человека, автоматизированных системах и борьбе за новые материалы — то есть о ситуации, где преимущество государства определяется не только числом агентов или оружия, но и доступом к технологическому знанию.

Но есть и более долговечная причина вернуться к его книгам.

Джайлс Йомен смотрит на секретную службу глазами человека, для которого профессиональная компетентность важнее звания.

Он не впечатлён секретностью.

Не верит чиновнику только потому, что тот представляет государство.

И постоянно проверяет, соответствует ли приказ реальности.

Поэтому основной конфликт Вудхауса остаётся вполне современным:

что произойдёт, если люди, принимающие секретные решения, контролируют технологию, которую сами понимают хуже специалиста, призванного выполнить их приказ?

Именно этот вопрос превращает Мартина Вудхауса из любопытного автора шпионских романов шестидесятых в одного из ранних представителей той линии жанра, из которой позднее вырастет современный технотриллер.