Эндрю Йорк / Кристофер Николь

Государственный убийца, который начал задавать вопросы

Настоящее имя: Кристофер Робин Николь (Christopher Robin Nicole)
Главный шпионский псевдоним: Эндрю Йорк (Andrew York)
Годы жизни: 7 декабря 1930 — 2 сентября 2017
Страна: Великобритания
Родился: Джорджтаун, Британская Гвиана, ныне Гайана
Профессия: писатель; ранее банковский служащий
Основные жанры: исторический роман, приключенческий роман, шпионский триллер, военная проза, любовно-приключенческий роман
Главный шпионский герой: Джонас Уайлд
Главный цикл: «Джонас Уайлд — Ликвидатор» (Jonas Wilde / The Eliminator, 1966–1975)

У Эндрю Йорка есть одна особенность, которая легко теряется за его именем: такого писателя в биографическом смысле не существовало. Эндрю Йорк был первым из многочисленных псевдонимов Кристофера Робина Николя — британского автора, написавшего за несколько десятилетий более двухсот книг под множеством имён. Но именно Йорк оказался его отдельной литературной личностью, предназначенной для шпионского романа. Сам Николь позднее объяснял происхождение псевдонима предельно прагматично: после исторической прозы ему хотелось попробовать совершенно другой жанр, а издательство Hutchinson решило, что столь резкую перемену лучше обозначить новым именем.

Так в 1966 году появился «Ликвидатор» (The Eliminator) и вместе с ним Джонас Уайлд — секретный исполнитель британского государства, человек, которого отправляют туда, где обычная разведывательная операция заканчивается и начинается санкционированное убийство. В течение девяти романов Йорк исследовал парадокс такого героя: государство требует от него абсолютного повиновения, но профессионально выжить он способен лишь тогда, когда начинает сомневаться в приказах.

По внешним признакам Уайлд принадлежит к шпионскому буму 1960-х: международные маршруты, красивые женщины, яхты, секретные организации, предатели и политические убийства. Но внутри этой оболочки находится более тревожная конструкция. Главный вопрос Йорка — не только как выполнить приказ, но и что делать, если разведчик больше не уверен, что приказ заслуживает выполнения.

До Эндрю Йорка

Кристофер Робин Николь родился 7 декабря 1930 года в Джорджтауне, столице Британской Гвианы. Его родители были шотландцами; отец, Джек Николь, служил в полиции. Будущий писатель вырос в Карибском регионе, учился в Queen’s College в Гвиане и Harrison College на Барбадосе. В 1947–1956 годах он работал в Royal Bank of Canada — сначала в Джорджтауне, затем в Нассау на Багамах.

Ни армейской, ни полицейской, ни разведывательной службы в биографии самого Николя обнаружить не удаётся. Служба отца в полиции — семейный факт, но превращать её в доказательство профессионального знакомства писателя со спецслужбами оснований нет. Его реальный опыт лежал в других областях: Карибы, банковская среда, мореплавание и жизнь на небольшом острове, оказавшемся впоследствии чрезвычайно важным для его шпионской прозы.

Особенно существенным было море. Николь был опытным яхтсменом и, по данным Crime Time, за свою жизнь прошёл свыше 50 тысяч морских миль. В октябре 1957 года он отправился на тридцатифутовой яхте Rose of Arden из Южной Англии во Францию. Туман и сильные течения у Нормандских островов вынудили его зайти на Гернси. Временная остановка превратилась в постоянное место жительства; позднее Николь стал коммодором Royal Channel Islands Yacht Club.

Этот эпизод — редкий случай, когда связь жизни и шпионского романа прослеживается почти буквально.

Когда через девять лет Николь придумал Джонаса Уайлда, он сделал Гернси одной из главных точек его тайных перемещений, а яхта героя Regina A явно повторяла черты собственной Rose of Arden. Морская география в «Ликвидаторе» поэтому выглядит не туристической декорацией, а пространством, которое автор действительно знал.

От Карибов к шпионскому роману

Писательская карьера Николя началась задолго до появления Эндрю Йорка. В 1957 году вышла его книга о вест-индском крикете, а первым романом стал «Почти белый» (Off White, 1959). Ранние книги естественным образом использовали знакомую автору Карибскую среду. Затем Николь всё активнее обращался к историческим романам и большим семейным сагам.

К середине 1960-х ему понадобился литературный разрыв с уже сложившейся репутацией. Именно тогда возник Эндрю Йорк.

Важно, что Йорк был первым псевдонимом Николя. Позднее появились Питер Грейндж, Робин Кейд, Марк Логан, Кристина Николсон, Элисон Йорк, Лесли Арлен, Кэролайн Грей, Алан Савадж и другие имена; с женой, писательницей Дианой Бахман, он также работал под коллективным псевдонимом Макс Марлоу. Сам Николь объяснял большинство позднейших псевдонимов не попытками скрыть личность, а контрактами с разными издательствами.

Таким образом, «Эндрю Йорк» возник не из необходимости скрываться, а как жанровая маркировка. Под этим именем читатель должен был получить не очередную историческую сагу Кристофера Николя, а современный шпионский триллер.

Разведка без разведывательного прошлого

В биографии Николя не обнаруживается документированного опыта работы в MI5, MI6, полиции, армии или какой-либо иной структуре безопасности. Нет также надёжных свидетельств участия в разведывательных операциях или систематического консультирования спецслужбами.

Поэтому Джонас Уайлд — пример именно литературной реконструкции разведки, о необходимости отличать которую от реального оперативного опыта говорит методика «ШпионГорода».

Причём Николь не стремится создать документальный портрет британской разведки. Его структура, обеспечивающая деятельность Уайлда, художественно преувеличена. Она предельно закрыта и построена на жёсткой компартментализации: одни люди дают задания, другие обеспечивают документы и оружие, третьи организуют пути входа и выхода. В первом романе подчёркивается, что каждый участник знает лишь небольшой участок системы.

В реальной разведке разделение информации и принцип need-to-know являются обычными средствами защиты операций. Но превращение Уайлда в официального «государственного палача», регулярно получающего тайные приговоры, — уже жанровая фантазия. Рассматривать его подразделение как документальное описание британских спецслужб было бы ошибкой.

Зато эта фантазия позволяет Йорку поставить вопрос, который вполне реален: что происходит, когда исполнитель секретного приказа не располагает информацией, на основании которой приказ был отдан?

Именно здесь начинается настоящая тема цикла.

Джонас Уайлд: человек, которому запрещено сомневаться

Джонас Уайлд — не обычный разведчик. Его основная функция — устранение.

В «Ликвидаторе» он представлен как британский государственный исполнитель, уже совершивший множество убийств по приказу. Причины ему обычно не объясняют: достаточно того, что руководство решило — человек должен исчезнуть. Уайлд предполагает, что система знает больше него и потому имеет право требовать исполнения приговора.

На этом основана вся психологическая конструкция персонажа.

Чтобы оставаться профессионалом, Уайлд должен доверять государству.

Чтобы оставаться человеком, он должен однажды начать его проверять.

Уже в первом романе механизм ломается. Очередное задание оказывается не тем, чем казалось, а сам исполнитель обнаруживает возможность манипуляции со стороны людей, которым привык повиноваться. Поэтому вторая половина «Ликвидатора» превращает героя из орудия операции в человека, расследующего собственную операцию.

В результате Уайлд занимает любопытное промежуточное место среди британских разведывательных героев 1960-х. В нём есть внешняя элегантность, путешествия и профессиональная смертоносность приключенческого шпиона. Но внутри — недоверие к аппарату, усталость и желание выйти из игры.

Он опасен не только потому, что умеет убивать.

Он опасен потому, что начинает задавать вопросы.

Мир Эндрю Йорка

Главную модель разведки у Йорка можно сформулировать так:

разведка — это закрытая система насилия, существующая благодаря доверию исполнителя к невидимому руководству; конфликт начинается в тот момент, когда профессионал требует доказательств того, что государство действительно право.

Йорк сохраняет приключенческую модель шпионажа. Его книги быстры, насыщены перемещениями, физическим действием, сексуальными отношениями, похищениями и покушениями. Современная критика называла цикл стремительным и мелодраматическим; сам формат очевидно принадлежал рынку шпионских триллеров 1960–1970-х.

Но модель Уайлда темнее простой фантазии об агенте-победителе.

Он существует внутри структуры, где знания намеренно разделены. Начальник может использовать его. Своим нельзя доверять автоматически. Отставка также не означает свободы: человек, слишком много знающий о тайной системе, сам становится проблемой для этой системы.

Поэтому многие конфликты Йорка возникают не на границе «Британия — противник», а внутри собственной разведывательной машины.

Между Бондом, Квиллером и Мэттом Хелмом

«Ликвидатор» появился в 1966 году, когда шпионский роман переживал настоящий взрыв популярности. Бонд уже стал глобальным культурным явлением, одновременно развивались гораздо менее романтические линии — профессиональные и психологические триллеры Лена Дейтона, Адама Холла и других авторов.

Не следует выводить прямое влияние без документов. Но типологическое место Йорка определить можно.

От бондовской традиции он сохраняет международность, сексуальную свободу, путешествия и героя, способного действовать практически в одиночку. Однако Уайлд не спасает мир от экстравагантных мегаломанов. Его противниками значительно чаще становятся профессиональные агенты, перебежчики, люди внутри государственных структур и участники сложных политических комбинаций.

В этом отношении он приближается к суровому профессионализму Мэтта Хелма Дональда Гамильтона или Квиллера Адама Холла: убийство рассматривается не как эффектный финальный жест, а как часть работы.

Но у Йорка есть собственный поворот. Уайлд — не просто секретный агент, которому иногда приходится убивать. Убийство и есть его официальная функция.

Это делает его профессию одновременно яснее и морально двусмысленнее.

Девять операций Джонаса Уайлда

Цикл включает девять романов, изданных Hutchinson между 1966 и 1975 годами. «Координатор» имеет надёжно подтверждённую первую британскую дату 1967 года; встречающийся в библиографиях 1968-й относится, в частности, к последующим изданиям.

Русскому читателю официально знакомы по крайней мере первые два романа: в 2003 году «Центрполиграф» выпустил одним томом «Ликвидатор» и «Координатор». Для остальных ниже используются рабочие переводы названий.

• «Ликвидатор» (The Eliminator, 1966) — рождение героя и всей концепции. Уайлд впервые сталкивается с возможностью того, что приказ государства и государственный интерес — не одно и то же. Именно этот роман был немедленно куплен для экранизации.
• «Координатор» (The Co-ordinator, 1967) — расширяет холодновоенную сторону цикла: прошлое Второй мировой войны соединяется с современными разведывательными сетями и коммунистическим шпионажем. Одновременно становится яснее, что герой существует внутри организации, которую невозможно контролировать полностью.
• «Хищник» (The Predator, 1968) — закрепляет международную модель серии и превращает Уайлда из персонажа единичной интриги в постоянно используемый государством инструмент.
• «Отступник» (The Deviator, 1969) и «Доминатор» (The Dominator, 1969) продолжают эксперимент с фигурой сверхэффективного оперативника, которому приходится действовать в мире, где собственная сторона столь же способна на секреты и манипуляции, как противник. «Доминатор» известен и в русском сетевом переводе.
• «Инфильтратор» (The Infiltrator, 1971) особенно показателен для внутренней темы цикла: удар наносится уже по самой системе Уайлда — его связной оказывается арестован, руководство выводится из строя, и герой должен определить, кто пытается уничтожить механизм изнутри.
• «Чистильщик» (The Expurgator, 1972) строится вокруг нападений на учёных и попытки посеять раздор между союзниками — типичный для Йорка переход от политической интриги к задаче, которая в конечном счёте решается индивидуальным профессионалом.
• «Пленитель» (The Captivator, 1973) возвращает героя в особенно близкую автору морскую среду: похищение европейской принцессы происходит во время плавания. Первый британский hardcover Hutchinson датируется 1973 годом, хотя американское издание вышло в 1974-м.
• «Обольститель» (The Fascinator, 1975) завершает цикл. Уайлд переживает личный кризис, но вновь втягивается в операцию, связанную с израильской разведкой и арабским правителем нефтедобывающей страны. Финальный роман ещё сильнее подчёркивает превращение профессионального убийцы в человека, который пытается сам определить границы допустимого.

Не только Уайлд

Под именем Эндрю Йорк Николь писал и другие триллеры. Особого внимания заслуживает юношеская трилогия о сотруднике британской разведки Джонатане Андерсе: «Рыбак смерти» (The Doom Fisherman, 1969), «Охота на генерала» (Manhunt for a General, 1970) и «Назначение в Килтоне» (Appointment in Kiltone, 1972). В США те же книги выходили под настоящим именем автора и с названиями Operation Destruct, Operation Manhunt и Operation Neptune.

Позднее Йорк переключился на полицейско-приключенческий цикл о комиссаре Джеймсе Манро Талланте в Вест-Индии. Это уже не шпионская серия в строгом смысле.

Любопытно, что сам Николь в интервью 2012 года утверждал: истории о Джонасе Уайлде были его единственным обращением к «spy fiction per se». Такое заявление кажется странным, поскольку к тому времени он уже создал историко-разведывательный цикл об Анне Фербах. Вероятно, писатель проводил для себя границу между современным жанровым шпионским триллером и историческими романами, в которых разведка служит частью большой исторической фабулы.

Это различие помогает понять, почему именно имя Andrew York заслуживает отдельного места в «ШпионГороде».

Реальность и вымысел

В книгах Йорка легко найти узнаваемые элементы холодной войны: перебежчиков, тайные маршруты, ложные личности, секретные документы, государственные убийства, биологическую угрозу, операции союзных и враждебных разведок, похищения, внутреннее предательство.

Однако документальных свидетельств того, что конкретные сюжеты воспроизводили реальные операции MI6 или другой службы, нет.

Более надёжно прослеживается другой тип связи с действительностью.

Карибская география приходит из детства и молодости Николя. Банковские годы дали ему опыт жизни в Джорджтауне и Нассау. Морские маршруты, управление яхтой, островная среда и Гернси — непосредственная часть его собственной биографии. Regina A Уайлда имеет очевидный реальный источник в Rose of Arden.

Поэтому профессиональная достоверность Йорка распределена неравномерно.

Море и география у него основаны на опыте; разведывательная организация — на литературной конструкции.

Это важное отличие.

«Опасный маршрут»: Уайлд выходит на экран

Успех первого романа почти сразу привёл Джонаса Уайлда в кино. Уже в 1967 году британская компания Amicus выпустила фильм Danger Route режиссёра Сета Холта. Уайлда сыграл Ричард Джонсон; в картине также участвовали Кэрол Линли, Барбара Буше, Сильвия Симс, Гордон Джексон, Гарри Эндрюс и Диана Дорс. Основой сценария стал именно «Ликвидатор».

Картина не породила серию фильмов и со временем оказалась в числе сравнительно забытых шпионских лент 1960-х. В 2010 году её даже показывали в рамках академического мероприятия, посвящённого забытым европейским фильмам о холодной войне.

Экран, таким образом, не сделал из Уайлда второго Бонда. Но сама скорость, с которой был куплен первый роман, показывает, насколько точно персонаж попал в момент шпионского бума середины шестидесятых.

Место в истории жанра

Сводить Йорка к очередному порождению успеха Бонда было бы слишком просто.

Он действительно возник внутри того же издательского и культурного момента. Но его герой построен на иной профессиональной предпосылке.

Бонд — разведчик, которому разрешено убивать.

Уайлд — убийца, которому государство поручает разведывательные задачи.

Разница невелика только на первый взгляд.

Она меняет весь моральный центр повествования. Главная проблема Уайлда — не получить лицензию на насилие, а решить, можно ли продолжать пользоваться этой лицензией, если источник приказа перестал вызывать безусловное доверие.

Именно поэтому особенно характерен уже первый роман: герой хочет уйти. Государственный исполнитель мечтает вернуть себе обычную жизнь, но секретная организация обладает слишком большой властью над его биографией.

В этом Йорк оказывается ближе к позднейшей традиции профессионального разведывательного триллера, чем может показаться по обложкам его книг. Он не отказывается от приключения, красивых женщин, яхт и физического действия, но помещает внутрь развлекательной конструкции сомнение в самой системе командования.

Достоверных оснований утверждать, что цикл непосредственно повлиял на какого-либо крупного позднейшего автора, нет. После 1970-х Уайлд скорее оказался на периферии истории жанра. Тем показательнее его возвращение: в 2011 году серия Top Notch Thrillers начала переиздавать «Ликвидатора» и другие романы, причём редактор Майк Рипли специально выделял цикл среди забытых британских триллеров.

Писатель под множеством имён

Масштаб всей карьеры Николя значительно превосходит девять романов об Уайлде.

К 2012 году писатель называл готовившуюся книгу Queen of Glory своей 210-й и утверждал, что лишь три книги из этого числа были документальными. Это авторская оценка, а не независимая библиографическая сверка, однако она хорошо показывает интенсивность его работы. Большинство справочных источников также определяют его наследие как превышающее двести книг.

Он писал исторические саги, любовные романы, военные приключения, технотриллеры, семейные хроники и книги о крупных политических потрясениях. Под именем Алан Савадж обращался к войнам и истории XX века; вместе с Дианой Бахман как Макс Марлоу создавал технотриллеры. Даже поздние произведения вновь возвращались к агентам, диверсантам и тайной войне.

Но именно Andrew York остаётся наиболее чистым выражением Николя как автора шпионского романа.

Кристофер Робин Николь умер на Гернси 2 сентября 2017 года, в возрасте 86 лет. Эту дату дают англоязычные библиографические источники и Encyclopedia of Science Fiction; встречающееся в отдельных французских справках 2 ноября, по всей видимости, является ошибкой.

Почему его стоит читать сегодня

Эндрю Йорк интересен сейчас прежде всего как свидетель переходного момента в истории британского шпионского романа.

Приключенческий разведчик ещё не исчез. Он красив, уверен в себе, путешествует, плавает на яхте и способен убить противника собственными руками. Но прежняя уверенность в государственной миссии уже дала трещину.

Уайлд постепенно понимает, что секретность действует в обе стороны. Государство скрывает информацию не только от врага — оно скрывает её и от собственного исполнителя. Он видит лишь приказ, но не цепочку решений, которая к нему привела.

И потому для чтения цикла важнее всего не вопрос, сколько человек ликвидирует Джонас Уайлд.

Интереснее другое: в какой момент профессиональный убийца решит, что право государства отдавать приказ ещё не означает его морального права требовать исполнения.

Именно здесь внешне типичный герой шпионского бума 1960-х становится значительно сложнее своей эпохи.